— Когда я узнала, что у меня рак, я была в шоке, — рассказывает Саша. — Никто сначала не понимал, что это. Как и я. Мне ничего не говорили. Только потом стало ясно — внутри нашли какой-то нарост. Помню, как меня везли в больницу, а у меня даже телефона с собой не было. Я не знала, сказал ли кто-нибудь родителям о том, где я и что со мной.

Саша. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети

В мае 2023 года жизнь Саши резко сменила курс. Окончание девятого класса, для получения красного диплома осталось лишь сдать итоговые экзамены. Впереди выпускной вечер. Но на него Саша не попала. Оказалась сначала в больнице родного Оренбурга, а потом и вовсе в Москве.

— По прилёте меня положили в реанимацию. А дальше плохо помню, — рассказывает Саша. — Взяли биопсию, откачали жидкость из лёгких, поставили дренаж. Из тела повсюду торчали трубки. Каждый день мне давали обезболивающее. Со временем я привыкла, а позже узнала диагноз. У меня рак, опухоль прямо на сердце.

Саша. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети

Первый блок химиотерапии — три недели — Саша прошла в Российской детской клинической больнице. Лечение давалось ей тяжело: ежедневная тошнота, головная боль, слабость. Саша признаётся, было непросто принять себя другую — без длинных волос, ресниц и бровей. Они почти полностью выпали после первой химиотерапии.

— Я сама её брила, сама взяла машинку, — вспоминает Екатерина, мама Саши. — Саша плакала, а у меня сердце разрывалось. Я готова была сама лишиться волос, лишь бы поддержать дочь. Мне было всё равно, что подумают обо мне окружающие, как отреагируют.

Саша. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети

Саша. Фото из домашнего архива

«Не надо, мама», — засмеялась Саша. Вдруг звонок — на экране телефона папа и брат Саши, звонят из Оренбурга. Оба совершенно лысые в знак поддержки: «Смотри, ты не одна такая. Мы с тобой!»

Сейчас Саша редко надевает косынку и относится к новой причёске с юмором.  Она часто шутит, что без волос даже лучше, голова проветривается. На купленном в Интернете парике Саша заплела косы из смеха и больше никогда не брала его в руки.

Саша. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети

После Москвы был родной Оренбург, ещё четыре блока химиотерапии и сложнейшая операция по удалению опухоли, которая длилась восемь часов. На просьбу о помощи откликнулись врачи клиники им. В. А. Алмазова в Санкт-Петербурге.

— Когда Сашу прооперировали, мы неделю лежали в кардиологии. Только потом нас перевели обратно в палату. Мы готовились к изменениям в протоколе лечения, думали, нам назначат ещё дополнительно курсы химиотерапии. А тут — четыре блока, как раньше, — вспоминает Екатерина. — Саша расплакалась. И я вместе с ней. Спрашиваю: «Ты чего?» Она говорит: «От счастья!» Операция была самым сложным этапом лечения. А тут ещё и такая радостная новость. Потом даже как-то немного легче стало.

Саша с мамой. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети

— Я хочу пройти лечение и забыть об этом, как о страшном сне. Вернуться в ту жизнь, которая у меня была, и наконец обрести свободу, выйти из больничной палаты, — говорит Саша. — Хочу поступить в Нефтегазовый колледж в Тюмени, закончить обучение и купить большой дом. А ещё вернуться на танцы. Мне это нравится.

Чтобы Сашины планы на будущее стали реальностью, сначала нужно завершить непростое лечение. Осталось ещё три курса химиотерапии. Их Саше предстоит пройти в родном Оренбурге. А перед этим необходимо провести молекулярно-генетическое исследование тканей опухоли. Это поможет подобрать таргетный препарат для лечения направленного действия.

Саша. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети

После шестого курса химиотерапии и операции по удалению опухоли Саше показано проведение специального молекулярно-генетического исследования Foundation One. Учитывая гистологический тип и молекулярно-генетические особенности опухоли у пациента, имеет место высокий риск рецидива заболевания. Молекулярно-генетическое исследование позволит найти потенциально таргетируемые мутации и определить возможность проведения последующей таргетной терапии. К сожалению, рекомендуемый вид диагностики не проводится в России и не финансируется из средств государственного бюджета. Поэтому требуется помощь благотворителей.

Е. С. Лыгина, лечащий врач

Поддержите Сашу. Стоимость необходимого молекулярно-генетического исследования — 59 900 рублей.

Текст: Валерия Кишенько

Сбор завершён. Спасибо огромное каждому за поддержку! Дальнейшие новости о лечении Саши мы будем публиковать на этой странице.