Сестру Артема зовут Аля. Она старше его на 3 года, но так уж получилось, что Артем произносит имя сестры как «Ляля».

Дома они много времени проводят вместе: старшая читает младшему книги, вдвоем играют с любимицей семьи кошкой по кличке Мотя, иногда ссорятся, так как не могут поделить игрушки.

Фото из семейного архива

Артем и Аля любят, когда Мотя вместе с ними спит. Чаще она спит рядом с Алей, так как девочка постоянно переносит кошку с кровати Артема на свою.

Одни утром вся семья проснулась от крика Артемки: «Бабайка!». Артём прибежал к маме, стал кричать,что у него бабайка под одеялом. Но когда поняли, что бабайка на самом деле — это Мотя, Артем очень обрадовался. «Нашей Мотеньки видимо так захотелось поспать с Тёмой, что она залезла под одеяло,чтобы Алевтина не унесла ее к себе, — рассказывает мама мальчика. — Какие были удивлённые и весёлые глазки у Артёмки, столько было эмоций и рассуждений».

«Когда полетим к Ляле?»

Когда Артем уезжает, Аля по нему очень скучает, а в аэропорту и вовсе плачет. Артем, как настоящий мужчина, сдерживает слезы, но переживает и во время поездки постоянно спрашивает: «Когда полетим к Ляле?»

Аля теперь меньше проявляет характер, больше уступает Артему, так как знает: младший брат снова болеет.

Фото из семейного архива

В июне 2015 года Валя стала замечать у сына свечение в зрачке. На приеме у офтальмолога решила поделиться своими наблюдениями: доктор закапал Артему глаза, провел осмотр и сразу отправил в больницу им. К. А. Раухфуса. Там подтвердили диагноз: ретинобластома, стадия С.

В России при таком диагнозе обычно рассматривают радикальный метод лечения: операцию по удалению глаза. Но родителям Артема предложили поехать в НИИ им. Алмазова, где собирались провести уникальную на тот момент процедуру — катетеризацию офтальмической артерии — и тем самым дать надежду на спасение глаза. Операция не удалась. «Мы пробыли там 3 дня, после чего нас выписали домой», — пишет мама.

«Мы пробыли там 3 дня, после чего нас выписали домой».

Фото из семейного архива

Единственный шанс сохранить глаз — швейцарская клиника Jules Gonin. Вот только лечение дорогостоящее и не по карману обычной петербургской семье.

Чтобы найти деньги на первый этап, мама Артема обратилась в наш фонд. Собрать необходимые средства получилось.

Лечение Артема продолжается до сих пор. Больше года у малыша сохранялась ремиссия, но в конце ноября возник рецидив. Клиника скорректировала выставленный счет: теперь для лечения малыша дополнительно требуется 55 500 швейцарских франков. К этому времени у Соколовых уже образовался долг перед клиникой.

Фото из семейного архива

За время лечения Артем очень повзрослел: стал больше разговаривать и меньше плакать. Стал осознавать, что если они собираются в поездку, значит пора лечить глаза.

«Он по-взрослому рассуждает и если видит, что я грущу, он меня обнимает и говорит, что больше не будет болеть, — рассказывает Валя Соколова. —Говорит, что если я буду грустить, то Дед Мороз мне не подарит подарки».

«Говорит, что если я буду грустить, то Дед Мороз мне не подарит подарки».

Благодаря неравнодушным людям родители Артема уже смогли найти 20 000 франков. Чтобы собрать оставшиеся средства, мы просим Вас помочь.