— Представь, если бы у тебя была возможность прожить другую жизнь, стать кем-то другим, что бы это было?
— Я бы хотела жить в мире, который придумала сама. Там очень красиво. Вокруг природа — животные, птицы, цветы. И небольшой водоём — море или озеро. На мне было бы белое платье в ретро стиле, а жила бы я в замке. Такой своеобразный маленький рай. Тихо и спокойно.
Елизавета. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети
Мысленно беру Лизу за руку — холодные пальцы отпечатываются на кромке памяти. Оставляя хрустальный мир позади, мы вместе возвращаемся в реальность. В палату с капельницей, таблетками и процедурами. В мир, где на первом месте борьба за собственное здоровье.
Елизавета. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети
— Какой твой любимый художник?
— Шишкин, наверное. У него картины прям как живые.
— А что было последним из того, что ты нарисовала?
— Открытку, а из неё высыпаются ромашки. Это был подарок для бабушки. Она попросила нарисовать для неё рисунок, порой вешает на стену то, что получилось. Но я редко рисую. Только в моменты, когда у меня есть для этого вдохновение.
Елизавета. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети
— Я знаю, что помимо рисования ты ещё любишь смотреть аниме. Тебе нравится творчество Хаяо Миядзаки?
— Нравится. Но сложно назвать какую-то одну его картину. Наверное, самая любимая — «Мой сосед Тоторо». Потому что мы вместе с мамой его посмотрели. И после этого я стала больше увлекаться аниме. Ещё мне нравится, как нарисовано «Дитя погоды». Кажется, его сделал Макото Синкай. Его иногда называют «новым Миядзаки». А, и «Сад изящных слов» тоже очень красивое!
— Да, оно такое уютное! Это та картина, где дизайнер встречает незнакомку? И они вместе прячутся в беседке от дождя! Тебе нравится дождь?
— Очень. Я бы хотела сейчас прогуляться с подругой под дождём.
Елизавета с мамой. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети
Мы обе на мгновение замолкаем, задумавшись каждая о своём. На улице меланхолично плачет питерское небо. В безмолвной тишине слышно, как барабанят по карнизу капли — кап-кап! Стекают по огромному окну, стараясь догнать одна другую. Перевожу дыхание от волнения и задаю Лизе философский вопрос:
— В чём сила?
Пауза.
— В любви.
Елизавета. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети
Лиза заболела полтора года назад. Январь, заснеженные улицы и шумная компания. Во время прогулки один из друзей бросал в другого ватрушкой, на которой катаются с горки. Мгновение, и ватрушка полетела в Лизу. Удар пришёлся девушке в самую шею. Первое, что Лиза почувствовала, была боль. Она лилась из глаз вместе с крупными виноградинами слез. Ширилась, гудела да так и осталась жирной надоедливой точкой.
«Дерево» рис. Елизавета Воробьёва. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети
«Мы обратились в больницу, где дочери сделали рентген. Однако на снимках ничего не обнаружили, назначили общее лечение. Время шло, а боль не проходила. Решено было пройти повторное обследование, но уже в другом городе — Вологде, где у Лизы обнаружили кисту. Чуть позже ей сделали магнитно-резонансную томографию, а вот оперировать отказались, отправили лечиться в Питер», — рассказывает Мария, мама девушки.
Дни летели так быстро, словно кто-то невидимой рукой отрывал листы настенного календаря. С каждым днём Лизе становилось только хуже, немели ноги. Мария стучалась в закрытые двери, обрывала телефонные линии в попытке сделать хоть что-нибудь. Поддерживала дочь, как умела, обнимала, повторяя: «Мы обязательно справимся».
Елизавета. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети
В прошлом году шестого июля Лизу прооперировали в НМИЦ им. В. А. Алмазова. Казалось, на этом всё. Но почти через год, 26 мая, девушка вернулась в Санкт-Петербург снова, перенесла операцию повторно.
«Когда нам поставили диагноз, я не знала сначала, что это такое. Даже не осознавала всей сложности картины до тех пор, пока мы не попали на лечение в Петербург. Только тогда я поняла, что происходит. И после первой операции я была так уверена, что больше опухоль не вернётся, расти не будет. Теперь уже понимаю, что всё не так просто, а лечение продлится ещё не один день», — рассказывает Мария.
Елизавета с мамой. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети
Она рядом с Лизой каждую минуту, спит с дочерью в одной палате буквально на расстоянии вытянутой руки. Вместе они смотрят старые фильмы, а по вечерам созваниваются по видеосвязи с семьей: папой, младшей сестрой Катей, братом Женей и двумя кошками.
«Мне кажется, болезнь нас сблизила. Раньше Лиза постоянно была увлечена телефоном, я — на работе. Теперь мы больше стали времени проводить вместе, больше общаться. Порой рассказываю про то, как познакомилась с папой, про нашу юность, про первые годы и совместные поездки. “Ой, а я этого не знала. Оказывается, ты такая интересная”, — иногда слышу в ответ», — смеётся Мария.
Елизавета. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети
Сейчас Лиза проходит обследование в НМИЦ им. В. А. Алмазова. Чтобы остановить рост опухоли, ей необходимо начать таргетную терапию лекарственным препаратом Мекинист.
У Лизы пилоцитарная астроцитома, болезнь затронула шейные отделы позвоночника. В связи с прогрессированием опухолевого процесса и наличием мутации в гене BRAF fusion по результатам молекулярно-генетического исследования пациентке показана таргетная терапия препаратом Мекинист. По федеральной льготе получение лекарства возможно. Однако период закупки займёт длительное время, что может ухудшить состояние ребёнка. Поэтому мы обращаемся за помощью к благотворителям.
Елизавета. Фото: Екатерина Фёдорова для свет.дети
Ближе к концу встречи обнимаю Лизу, осторожно прижимая к себе. Кажется, если сожму объятия чуть крепче, девушка в моих руках рассыплется на миллион хрустальных осколков. «Я искренне верю — ты поправишься. Только не сдавайся. Как бы не было тяжело. Я знаю, внутри тебя большая сила», — шепчу, заглядывая в красивые, цвета пасмурного неба глаза.
Вы можете поддержать Лизу и помочь ей преодолеть этот непростой жизненный этап. Стоимость двух необходимых упаковок препарата — 222 000 рублей.
Текст: Валерия Кишенько
Сбор Лизы завершён. Большое спасибо всем, кто помог! Дальнейшие новости о лечении девушки мы будем публиковать на этой странице.
