Варя Власова
16 лет, острый лейкоз
Варвара получает нестандартное дорогостоящее лечение в Германии: очищение крови на клеточном уровне, гормональную терапию.
Девочка очень переживает каждую отмену процедуры. «Лечиться же скорее надо»,— говорит Варя. Лечение крайне дорогостоящее, семья Власовых получает один счет за другим. Родители девочки обратились в фонд за помощью в оплате лечения.
Слава Ануфриев
20 лет, нейробластома
Слава заболел в 2009 году, когда ему было всего 3 года. У ребенка появились сильные боли по ночам. Врачи полгода не могли поставить верный диагноз, а состояние мальчика ухудшалось: болевой синдром стала сопровождать высокая температура. Слава таял на глазах.
«Я помню ночные детские крики. Извивающееся тело маленького сына в кровати, — пишет мама мальчика в письме фонду. — Бессмысленный приезд скорой. Бесполезные таблетки. Походы к врачам, анализы, УЗИ, рентген. Потом все то же самое, но платно...»
Виктория Кобозева
29 лет, остеосаркома
Однажды Вика упала на катке и ударилась коленом. Долгое время девочку лечили прогреваниями и мазями, но становилось только хуже: отек не проходил, боли становились все сильнее. А когда сделали рентгеновский снимок, результат шокировал: второй ребенок в семье с онкологией. У младшего брата Ромы тоже была злокачественная опухоль.
Вике была необходима операция по эндопротезированию, замены пораженной части кости на протез. Сумма, которую нужно было собрать, огромная по сравнению заработком семьи. Операцию постоянно откладывали: вместо этого назначали химиотерапию и облучение, сдерживающие болезнь. Но мир не без добрых людей. Крупный банк оказал спонсорскую помощь и перечислил 4 миллиона рублей в клинику Германии, где Вике провели операцию.
Шабинам Гусейнова
16 лет, острый лимфобластный лейкоз
Шабина сразу попала в отделение реанимации. Из-за прогрессии лейкемии у девочки был крайне низкий гемоглобин, иммунитет был снижен, поэтому она вдобавок заболела серьезной инфекцией, которая потребовала очень интенсивного лечения антибиотиками.
Несмотря на риск, лечение откладывать было нельзя и, как только удалось стабилизировать состояние девочки, начали проводить химиотерапию. Это требовало покупки не только самих препаратов для химиотерапии, но и мощного сопроводительного лечения, которое может стоить в несколько раз дороже самой химиотерапии. Девочка не имеет российского гражданства, и по законодательству лечение она может получать только платно. Шабинам потеряла отца, а у мамы таких финансовых возможностей нет.
Полина Букина
21 год, нейробластома
«Сплю одна!» — радостно заявила Полина, устраивая лежанку на только что привезенном волонтерами надувном матрасе. Девочка аккуратно раскладывает любимые игрушки на свою новую кроватку. Найти жилье вблизи израильского госпиталя Рамбам было не просто, цены заоблачные. Эта скромная квартира — самый бюджетный вариант, что удалось найти. Здесь минимум мебели. Но Полина с бабушкой рады переезду. До этого они жили в приюте. Кроме матрасов волонтеры привезли ковёр, микроволновую печь, ручной пылесос и подарки для Полины.
Гостей бабушка Оля гостеприимно встретила с блинами. Проворно, с талантом данным только бабушкам, подкладывала блины гостям, как только те съедали предыдущий.
Артем Авдеев
13 лет, нейробластома
«А вот и наш дом, там нас ждет киска», — сказал Артем, проходя мимо здания, в котором они с мамой жили в период лечения в Германии. Этот факт стойко отложился в памяти мальчика, хотя кошка уже больше двух лет живет в доме Авдеевых в родном Магнитогорске. Из памяти малыша стерлись больничные мучения, остались только самые яркие и радостные воспоминания. Клинику детских болезней в Грайфсвальд он помнит как место для игр и встреч с друзьями.
Ксюша Горячая
18 лет, ретинобластома
Маленькая жительница заполярного города Мончегорск необычайно артистична. Даже кажется, что благодаря своей творческой натуре и задору, жизнь людей этого северного города становится чуточку теплее. А маме только и остается, что в очередной раз запечатлеть озорство Ксюши на фото и пополнить уже не маленький семейный архив.
Ксюше было всего 4 годика, когда мама заметила, что у дочки что-то не так с глазом. Обратились к врачу, диагноз ошарашил: у любимой дочери рак сетчатки глаза. В России данное заболевание означает одно — удаление глаза. Ребенок останется инвалидом на всю жизнь. Но в зарубежных клиниках лечение более щадящее, и высока вероятность сохранить не только глаз, но и зрение. Само собой, лечение дорогостоящее. У мамы, самостоятельно воспитывающей дочь, таких денег нет.
Алина Завьялова
23 года, рабдомиосаркома
В апреле 2011 года у шестилетней Алины обнаружили рабдомиосаркому — злокачественную опухоль соединительной ткани, которая обычно встречается у детей. Алину отправили на лечение в Санкт-Петербургскую городскую больницу №31.
Для увеличения эффективности лечения и уменьшения риска повреждения окружающих здоровых тканей глазницы врачи рекомендовали протонное облучение. В России такую процедуру не проводят, поэтому Алине пришлось ехать в Германию. Наш фонд принял участие в сборе средств для лечения девочки в Центре протонной терапии Ринекера в Мюнхене.
Уже в течение четырех лет Алина в ремиссии.
Олег Голованов
27 лет, остеосаркома
Целых шесть месяцев в Магадане безуспешно пытались поставить точный диагноз. В конце концов органами здравоохранения была выделена квота на обследование и лечение в детском онкологическом центре имени Н. Н. Блохина в Москве. Здесь и был поставлен диагноз: остеосаркома бедренной кости.
Олега нужно было срочно лечить: остеосаркома очень быстро развивается и дает метастазы. Однако мальчику отказали в госпитализации. Отказ мотивировали отсутствием мест в больнице и «большой задымленностью Москвы». В качестве альтернативы было предложено вернуться в Магадан, пройти химиотерапию по месту жительства и ждать своей очереди на лечение.
Никита Васильев
27 лет, медуллобластома
У Никиты Васильева был очень серьезный диагноз. Но врачам из Петербурга и немецкого Вюрцбурга удалось сотворить чудо: у мальчика уже много лет сохраняется стойкая ремиссия.
Никита заболел в январе 2010 года. Появились головные боли, рвота. Родителей крайне удивило плохое самочувствие мальчика, так как Никита всегда рос здоровым и спортивным.
Мальчика отправляли от одного врача к другому, пока не сделали МРТ. Томография показала наличие опухоли в головном мозге. 17 февраля 2010 года была проведена сложнейшая операция. Опухоль удалили. Биопсия показала, что новообразование злокачественное, Никите поставили диагноз: медуллобластома червя мозжечка и IV желудочка. Предстояло длительное лечение.
Матвей Олейников
20 лет, лимфома Ходжкина
Год назад Матвей почувствовал боль в спине. Первое время она беспокоила пару раз в месяц, затем боли участились и начали сопровождаться температурой. Врачи проверили обследование и отправили мальчика в Санкт-Петербург для постановки диагноза. У Матвея — лимфома Ходжкина.
